День 4. Серьезность намерений 

Утро порадовало не только рассветом. На штанине обнаружил клеща, который коварно полз вверх, потирая маленькие лапки в предвкушении моей крови. К счастью, наши широты приучили осматриваться — иначе можно быстро откинуться от энцефалита.

Сонный выбираюсь на трассу, поднимаю руку — и тут же останавливается машина. Словно только меня и ждала.

С этой семьей я доезжаю до границы. Они не верили в правдивость моих планов, но были так веселы и добры, словно мы давно знакомы и просто едем вместе отдыхать.

Ничего, время покажет, насколько серьезно я настроен!

Границу прохожу без проблем. Досмотреть рюкзак решили только на российской стороне. Казахи, видимо, сразу поняли: с меня взять нечего. Но стоило отойти метров на сто от КПП, как на дорогу из кустов выскочила пара ребят в форме. Улыбаются, идут ко мне. Ну, думаю, сейчас начнется.

С важным видом проверили документы, послушали мою историю и предложили помочь поймать машину за «небольшое вознаграждение». Ха! Во дела.

Я вежливо отказался и объяснил, что мне и пешком нравится ходить. Так и пошел вдоль границы под непонимающие взгляды.

Машин практически не было — около пяти-семи километров дорога шла параллельно с границей, где остановка запрещена. Стоило забору кончиться, как меня подобрал автобус. Предложили подвезти до Семея, одного из старейших городов Казахстана на самом севере.

Не могу сказать, что он меня впечатлил. Я просто пересек его транзитом, желая быстрее попасть на юг. Но огромный вантовый мост через Иртыш оказался действительно интересным.

Выходя из города, я обратил внимание на цену топлива. Сто шестьдесят тенге — по нашим деньгам около двадцати пяти рублей за литр, когда по Сибири ценник за сорок. Слышал много теорий на этот счет, но самой правдоподобной кажется высокий налог на топливо в России.

Перекусил в местном кафе, отпраздновал первый день в Казахстане. Довольный отправился вдоль дороги искать место под палатку — уже темнело. Вокруг лишь скромные лачуги, песчаные степи и пересохшие ручьи.

Не успел свернуть с дороги, как передо мной остановилась старенькая «газелька». Сигналом дала знать: поехали!

Так я познакомился с Мухтаром. Пожилой мужичок своей открытостью и добродушием сразу завоевал мое доверие. Ехал он далеко, что мне очень кстати.

Где-то на полпути начались приключения. Сначала забарахлила машина. Кончился бензин. Долили. Поехали дальше. По пути встретили голосующего мужика на трассе. Он оказался знакомым Мухтара, передал какие-то пакеты и попросил позвонить.

Не доехали мы каких-то пятнадцати километров до поселка, как у нас снова кончился бензин. Приехали.

В ожидании другого знакомого, который привезёт топливо, беседуем о моем «сумасшедшем» плане. После чего успешно добираемся до дома Мухтара.

Вопроса о том, где буду ночевать, даже не возникает. Меня просто заводят в дом — на дворе же не лето. Я знакомлюсь с частью большой семьи Мухтара — Мадиной, Мадатом и их детьми. Особенно занятным вышло знакомство с одним из ребят. Паренек подходит и начинает на чистом казахском рассказывать о своем любимом герое — Человеке-пауке. Так эмоционально! Это надо было видеть. Он даже не представлял, что взрослый может не понимать его речь.

В итоге он так меня полюбил, что его новой игрушкой стала моя визитка. Она трансформируется в горы. После этого он вообще не хотел со мной расставаться.

Его отец, Мадат, объяснил: я единственный, кто выслушивал все, что он рассказывает. Ребенку хватило того, что я кивал и соглашался. Что еще нужно от хорошего собеседника? Особенно взрослого.

Поужинав в кругу семьи, Мухтар поехал дальше по работе, а меня оставил дома, в кругу не менее гостеприимных родных. Вот что значит воспитание и традиции. Казахское гостеприимство.