День 16. Медведь, украинец, татарин и я

Ночь у Булууса выдалась беспокойная. Какая-то живность шарилась рядом с палаткой. Встаю рано и выхожу на трассу испытывать удачу.

Дорожники с камазистом уже в курсе, откуда и куда я еду. Удивлены:

— Что ты забыл в Якутии?

А чем Якутия хуже любого другого места? Здесь тёплое лето и холодная зима. Уж лучше так, чем вечные дожди, как в Питере. Обожаю контраст! Мужики рассказывают: утром на ручье видели следы небольшого медведя. Я не удивлён. Якутия же.

Несколько часов попыток поймать машину. Ноль результата. Решаю пройти дальше по дороге, километров на пять. Вдруг рядом тормозит мотоцикл. Мужик весь загружен снаряжением — подвезти не может, просто останавливается поговорить, поддержать. Выясняется: он едет на мотоцикле из Магадана на Алтай! Вот это наш человек!

Мотоциклисты вообще хорошо относятся к автостопщикам. Часто показывают жесты поддержки. Может, потому что сами наполовину «пешком»? Все мы под открытым небом.

Чуть позже меня подбирает Виталя. Классный мужик с Украины. Говорим о разном, но одна ситуация запоминается особенно.

Едем, значит, по трассе. Вдруг нам преграждает путь целое семейство глухарей. Мать и шесть-семь птенцов. Мы тащим сорокатонный контейнер по извилистым дорогам Якутии, где сбавлять скорость крайне не рекомендуется.

Но что делать? Тормозим. Семейство медленно переходит дорогу, не реагируя на гудки. Им плевать на нашу железку — их птичьи дела важнее.

Заезжаем перекусить в кафешку к знакомому Витали. Как выясняется — татарину. Он готовит национальные блюда. Виталя обещает: здесь я попробую настоящий чебурек. Судя по тому, что все посетители заказывают только чебуреки и чай, звучит многообещающе.

Это надо видеть. Самый большой чебурек в моей жизни. Обычно делают полумесяцем с ложкой мяса в углу. А тут — огромный круглый, больше хычина, с приличным слоем мяса по всей площади! Неудивительно, что каждый дальнобойщик заезжает сюда. Качество и репутация. В тайге они ценятся выше всего.

Понимаю, может странно, что я тут пишу целые оды чебуреку, но это — важная часть тех эмоций и впечатлений, что я переживаю в пути.

Подъезжаем к Алдану. На пути — высокие сопки, из которых еле торчат антенны. Виталий говорит: старая военная база, ракетные шахты.

Ближе к ночи доезжаю до Алдана. Ставлю палатку на улице — это всяко удобнее, чем спать в фуре. Ночевать посреди Якутии в одиночку — занятие экстремальное, но чуть позже подтягиваются ещё несколько фур, и я оказываюсь в кольце машин. На душе становится спокойнее.