День 40. На пороге края света

Просыпаемся пораньше, чтобы опередить пробуждение ветра. Он реально может преградить путь по равнине.

Холодно.

Лето в Патагонии? Ха!

Всё усугубляет тот факт, что старенький Фольксваген не рассчитан на холод. Ни печки, ни должной изоляции — он очень хорошо вентилируется. Это плюс, если путешествуешь по средней или тропической полосе. Но не здесь.

Горячий чай немного помогает, но из перчаток вылазить я не намерен.

До Ушуайи 200 километров. До Тольуина — 100. Решаем для начала добраться до него, а там посмотрим.

С каждым километром горы всё ближе. Они не растут постепенно — ждут нас стеной. В какой-то момент степи и пустыри заканчиваются. Начинаются леса. Вдали замечаем первый снег на вершинах.

Останавливаемся в Тольуине на сиесту у огромного озера Фаньяно. Когда-то оно было соединено с морем — отсюда солёная вода и грандиозный масштаб зеркала.

В местном парке Марьяно достаёт свой лонгборд. Пробую прокатиться. Последний раз я стоял на доске лет пятнадцать назад. Тогда я даже мог запрыгнуть на бордюр и сделать подобие олли. Но сейчас… Ох. Тем более что управление лонгбордом иное, непривычное.

Ладно, не упал — и ладно. Опыт интересный. Появилось ещё большее желание на Новый год пересмотреть «Невероятные приключения Уолтера Митти». С каждым годом этот фильм мне всё ближе. Я буквально ощущаю, насколько сказочными могут быть повороты событий в жизни, если им немного помочь. Дать немного свободы.

Моё внимание привлекает и то, что почти на краю света, в маленьком провинциальном городке, парк оборудован инклюзивно. Есть даже качели для людей в коляске. Это может показаться мелочью, пока не представишь, что ты никогда не качался на качелях и не сможешь. А где-то и из дома выйти без помощи не сможешь, к сожалению.

Здесь же замечаю отголоски движения за гражданские права. Nunca más на стене означает «Никогда больше». Никогда больше государственного террора. Никогда больше произвола.

И, конечно, знаменитые острова.

Ашелен готовит ароматнейший обед на берегу моря-озера. Ветер разгоняет такие большие волны, что не отличить от моря, окажись ты здесь без GPS. То и дело идёт дождь. Я засыпаю в машине, пригревшись на переднем сиденье.

Солнце есть. Ветра нет. Как же это приятно! Как тепло. Я успел отвыкнуть.

Сиеста затягивается. Но после пробуждения единогласно решаем: нужно добраться до окраины Ушуайи сегодня. Утром обещают дождь — можем многое упустить в дороге. Недопустимо.

Выезжаем.

Табличек, говорящих, что «край света» близок, становится всё больше. По ощущениям — словно каждые пять километров. Необычное чувство внутри.

Дорога от дома до сюда заняла у меня двести пять дней, если взять во внимание первую часть пути.

Вы когда-нибудь ехали до точки назначения двести дней? Пусть даже в пути приходилось останавливаться, переводить дух. Да, несколько лет. Не знаю, как это передать. Непередаваемое ощущение.

Перед серьёзным перевалом ломаемся. Мотор плюётся маслом, забрызгивая всё вокруг. Идёт дождь.

Мы с Марьяно делаем всё возможное, чтобы продолжить путь. Он буквально пересобирает агрегаты, прочищая каждый уголок и поглаживая машину, которую они с Ашелен ласково назвали «Мотито».

Попытка завестись — неровный звук мотора. Ещё немного внимания — и всё налаживается. Задорно заводимся и едем навстречу перевалу Гарибальди. Самый затяжной и высокий в этих краях. Новый вызов для Мотито.

Перевал впечатляет. Дорога идёт по краю обрыва с видом на огромное озеро. Начинается дождь. На обзорной площадке он переходит в снег. Ещё месяц назад я говорил, что соскучился по снегу. Но здесь моя страсть к нему подугасла. Думаю, дело в ветре и неподходящих вещах.

Мои компаньоны мёрзнут, но наблюдают за снегом. Для их дочки это и вовсе первый снег в жизни.

Мы очень похожи.

После перевала расслабляемся. Снег исчезает, дождь утихает. Горы становятся всё выше — мы спускаемся в долину Ушуайи. Появляется множество ручьёв и озёр, белоснежные пики вокруг.

Приветственный мемориал гласит: «Ушуайя».

Кажется, мы добрались.

Заезжаем на заправку YPF. В Аргентине это буквально дом для всех путешественников. И монополист на юге, что вдвойне удивительно — она продолжает всеми силами помогать людям, оказывая массу услуг бесплатно или за символическую плату.

Здесь встречаем несколько членов нашей «мотосемьи». В том числе Кристиано на его маленьком доме-жуке. Отогреваемся.

Ухожу ставить палатку. И тут Марьяно приносит мне подштанники из своей пижамы. Он знает, что со штанами у меня большие проблемы. Я оставил тёплые в Грузии — не было места таскать их с лодкой в тропиках.

Подштанники греют не только тело, но и душу. На них изображены пингвинчики.

Более того, со мной делятся одним из одеял. На улице ноль градусов. Моя «семья» беспокоится, что я замёрзну. Я бы, конечно, не замёрз, но было бы значительно сложнее. Так же будет по-настоящему тепло. Прежде всего — внутри.

Упаковываюсь как следует. Наблюдаю, как люди прячутся на заправке от аномального холода. Сейчас пик лета — должно быть плюс пятнадцать. Многие оказались к этому не готовы.

Как и я. Я должен был купить тёплые вещи в Рио-Гальегосе или Рио-Гранде. Но завёл интересные знакомства и совсем потерял счёт километрам до самой холодной точки Южной Америки.

Ушуайя. Край света совсем близко.

До Нового года осталось 4 дня.