Связаться

Напишите мне

Если у вас есть вопрос, предложение, приглашение на встречу или просто несколько слов после прочитанного.

Russian

День 79. Тревожная безмятежность

Безмятежность утра разрезала новость: пожары, пожирающие север Араукании, могут добраться и до Уальпина. Синоптики снова сулят 40°C…

Я смотрю на карту. Многие дороги на север перекрыты огнем (впервые вижу такой функционал в Google Картах), но часть меня рвётся туда — в самое пекло. В дороге как в жизни: и радость, и горе — часть пути. Но что, если я всё еще нужен здесь? Если огонь придёт на эту ферму?

За завтраком мне предлагают съездить на речку, в место, известное только местным. Отказаться невозможно. Собираю рюкзак, чтобы после я смог сразу отправиться на трассу. Выстраивается целый караван из четырёх машин — вся разросшаяся семья. Часть родни приехала из Чилоэ — самой холодной и далёкой части Чили, южной «Сибири». Я застал те редкие дни, когда все вместе. Как всегда повезло.

Если бы не этот запах дыма… Один из мужчин остаётся на ферме — дежурить у телефона, следить за ветром. Пожары вспыхивают то там, то тут, яростно пожирая всё на своём пути. И всё же семья собралась. Время отдыха.

Выезжаем с фермы, сворачиваем на едва заметную грунтовку. Пересекаем пересохшее русло и оказываемся на острове, которого нет даже в Maps.me. Редкость. Обычно отмечено почти всё.

Река Толтен. Пейзаж — будто родная Мана, с одной разницей: здесь водится тихоокеанский лосось. Жаль, снастей для него с собой нет, как и разрешения на лов.

Вокруг меня раскладывают целый лагерь. Становится ясно — пиршество будет долгим. Отпускаю мысли о сегодняшнем отъезде. Наслаждаюсь компанией, девственной природой. Погружаюсь в прохладную, кристальную воду.

Шляпа — мой главный спаситель. Лучшее приобретение за всю поездку. Единственная вещь, без которой в Южной Америке мне не выжить — с детства плохо переношу жару и порой теряю сознание.

И конечно, арбуз. На этот раз — без панировки. То, что нужно в жару.

Тем временем неподалёку томится в котле ягнёнок, режутся салаты, заваривается мате и распивается наша вчерашняя чича. Мне протягивают местный острый перец, предупреждая: «Muy picante!». Пробую… Нет, это что-то иное. Его здесь, кстати, «чили» не называют. Просто «острый».

Суп, кажется, всё тот же — касуэла. Невероятно наваристый. Дома бы задумался о калориях, но в дороге это — благо. Любой источник энергии жизненно важен. Как минимум прозапас.

Температура ползёт вверх. По ощущениям — уже под 35.

Спасает только река. Сажусь в воду по пояс и пишу о прошедших днях. Мысли должны быть изложены как можно ближе к моменту, чтобы ничего не упустить.

К вечеру чувствую ещё большее родство с этими людьми. Они не мыслят категориями «свой — чужой». Ксенофобия им, кажется, совершенно чужда. Они открыты настолько, насколько это возможно. Как и я. Это делает нас ближе.

Возвращаемся на ферму под вечер. Новости неутешительны: сегодня огонь унёс минимум 13 жизней, а ещё рухнул пожарный вертолёт.

Завтра снова обещают за 30°C, но Уальпин, похоже, в безопасности. Мне пора. Не хочу злоупотреблять гостеприимством, да и зов дороги звучит всё настойчивее. Впереди новые истории.