День 41. Поминки и прощание 

Немного не высыпаюсь. Встаем рано — работа кипит. Но меня приятно удивляют неожиданным подарком — яблоком. Да, оказывается, именно их ночью искали парни! Они восприняли мою историю про Сибирь и яблоки слишком буквально. Они же не знали, что я весь Кыргызстан из них чуть ли не кашу варил. Но это становится безумно приятным жестом. Такой искренний душевный порыв.

Мы завтракаем самсой в столовой неподалеку. Думаю уже отправляться в путь, как меня зовут с собой на поминки. Я очень удивлен. Казалось бы, на такие события приглашают лишь самых близких. Мне объясняют: присутствие гостя лишь воздаст еще больше почестей усопшему. Тогда я соглашаюсь.

Мы все приводим себя в порядок, кто-то переодевается. Уже через полчаса нас встречают на пороге какого-то двора, в получасе ходьбы от автомойки.

Церемония поминок выглядит совсем иначе, нежели принято у нас. Во дворе нас встречают с кувшином воды. Умываемся. После проходим в квартиру, разуваемся. Нас усаживают в отдельной комнате.

Всего собирается около двадцати человек. В одном помещении сидят женщины, в другом — старцы, в третьем — мы. Стол накрыт на ковре, вокруг которого лежат подушки. Сказать, что еды много, — ничего не сказать. Свежие лепешки, орехи, салаты, конфеты, фрукты, плов, соусы. Один из наиболее знакомых парней тихо объясняет: обычно стол накрывают максимально разнообразно. Чем больше видов блюд, тем лучше.

Атмосфера царит совсем не та, что я ожидал. Это не печаль. Старцы в другой комнате запевают молитву. Воцаряется тишина. Но после — все начинают говорить, улыбаться, вспоминая человека добрым словом. Ни капли алкоголя, ни доли грусти. Словно человек не умер, а отправился в далекое путешествие. Необычный контраст после привычных мне историй с водкой.

Поминки длятся не больше тридцати минут. После выходим наружу. Нам дают кусочки ткани, похожие на платки. Объясняют: эти платки-полотенца помогут остаться человеку в памяти на более долгий срок. Пользоваться ими можно в любых целях. Это я уточняю отдельно, кто знает. Такой вот ритуал.

Ребята с автомойки уже не хотят со мной прощаться. Кто-то настойчиво дает деньги. Мол, купи себе что-нибудь и вспомни обо мне потом. Только я и так о них вспомню. В том числе когда пишу этот дневник. Вспомню и в будущем, когда с этой встречи пройдут десятки лет. Эту открытость и этот опыт, что они мне дали.

К двум часам дня я уже выхожу на трассу. Меня подбирает, как ни странно, Игорь. Более того — не на очередном шевроле или дайво, а на крутой тойоте. Это означает, что он не местный. Иностранные машины ввозить сюда слишком дорого из-за пошлин, куда проще и дешевле взять Daewoo, заводы которых стоят прямо за городом. Так Южная Корея помогла развитию Узбекистана.

Спустя несколько минут знакомства все проясняется. Игорь живет в Душанбе, будучи таджиком. Отсюда и понимание того, что такое автостоп.

Напомню, Узбекистан — нейтральное государство, не участвует ни в каких блоках и коалициях. И до 2016 года вообще был закрытой страной под руководством Ислама Каримова. Он изолировал его от всего остального мира, как Туркменистан сейчас. Это привело к тому, что в Узбекистан долгое время практически не проникала западная культура, язык и тем более автостоп.

Когда Каримов умер, границы открыли. Люди начали быстро нагонять отставание. Это привело как к своим плюсам, так и к минусам. Чем-то напоминает историю резкого поднятия железного занавеса в СССР.

Игорь, кстати, оказывается таксистом. Но весьма необычным, поскольку едет за клиентом аж в Самарканд — около семисот километров! До последнего гадаю, что же там за клиент такой. Но вдаваться в подробности не стану, это уже не мое дело. Главное, что он не проехал мимо, и мы вместе проезжаем сотни километров по крутым серпантинам под Ташкентом. Стоит густой туман, дорога кажется довольно пугающей. А по обе стороны возвышаются огромные склоны гор с противолавинными барьерами. Видно, зимой здесь довольно опасно.

Прощаюсь с ним недалеко от Ташкента. Решаю, что утром можно заглянуть туда. Палатку ставлю прямо посреди яблоневого сада, благо, никакого забора нет. Да и я никому этим не могу помешать — урожая в саду уже нет. Зато у меня осталось несколько яблок с автомойки.

Еще один день подходит к концу.