День 30. Дед: «Ты — король этой ночью»

Просыпаюсь в поле под звуки ржания. Выглядываю из палатки — целый табун лошадей решил заглянуть в гости. Что ж, с добрым утром! Пора возвращаться в город.

Первым делом захожу в магазин канцелярских товаров. Табличка на рюкзаке работает настолько хорошо, что позволяет открывать дополнительно два-четыре человека каждый день. Местные хозяйки Кристина, Амелия и Соль заботливо помогают подобрать всё необходимое: плотный картон, маркеры, карандаш и скотч. Они искренне рады подсобить моим планам.

Следующая, куда более сложная задача — поиск ременной пряжки. Я уже почти две недели хожу со сломанной, стягивая ремень резинкой. Это неудобно и отнимает много сил. Но беда: на дворе суббота, большинство магазинов не работает.

Тогда я решаю сделать не самый разумный шаг — отправляюсь в баррио недалеко от центрального автовокзала. Там полно блошиных рынков, где-нибудь обязательно найдётся пряжка. Баррио — это те же фавелы, самые бедные и опасные районы. Хорошее место для прогулки, да?

Иду по рынку несколько километров, пока не замечаю, что ни полиции, ни туристов здесь уже нет. Ещё немного — и войду в полноценное гетто. Подозрительные люди здороваются, а у меня ещё эта табличка. Rusia. Не спрячешься. Кто-то заводит разговор, но чувствую: это отнюдь не безмятежный вопрос путнику. Не сходится ни поведение, ни атмосфера. Взгляды скользят по моему здоровенному рюкзаку.

Нет, что-то тут не так. Лучше поторопиться.

Среди всех людей выделяется мужичок, торгующий каким-то барахлом. Знакомлюсь с ним. Хильберто объясняет: здесь я пряжку не найду, а проблемы — легко. Он осторожно указывает на одного подозрительного типа: «Вот он обычно промышляет грязными делами. Ты явно в зоне его интереса».

Я продолжаю расспрашивать о пряжке, но вижу: Хильберто всё чаще оглядывается, предлагает быстрее уходить. Его беспокойство передаётся и мне. Поспешно удаляюсь туда, где последний раз видел патруль.

Кто знает, может, именно Хильберто повернул историю этого дня в хорошее русло. Спасибо ему. Решаю, что и без новой пряжки как-нибудь протяну.

На выходе с рынка взгляд снова падает на шляпы. Прошлый опыт покупки был печален — она гнулась и была жутко неудобной. Но солнце печёт так нещадно, что решаю попытать удачи вновь.

Чёрная шляпа. Теперь я настоящий «гаучо», как тут говорят. Аналог ковбоя. Первые же тесты приятно удивляют: тень хорошо обдувается, становится свежо. Как следствие — нужно пить намного меньше воды. Раньше я на одну бандану выливал, наверное, пол-литра в день.

Мой вид стал ещё ярче. Хорошо это или плохо — время покажет.

Пришло время заняться табличкой и мелким ремонтом снаряжения. У рюкзака снова оторвалась ручка — теперь с другой стороны. У органайзера сломалась молния. Ничего не поделать, время — лучшая проверка.

Дохожу до парка. Зеленые кроны над головой гипнотизируют.

Пристраиваюсь под деревом в парке и принимаюсь за дело. Спустя какое-то время со мной здоровается старичок на велосипеде. Так знакомлюсь с Альфредом.

Сначала он думает, что мне нужна помощь, даже предлагает свой обед. Но понимает: у меня всё более чем хорошо. Я приглашаю его на каремат, и мы долго говорим обо всём. Сначала он говорит, что забыл английский — ему уже почти семьдесят, учил в академии много лет назад. Но спустя пару часов испанский нам практически не нужен. Как на велосипеде, однако!

Позже он уезжает, предупредив, что может заехать на обратном пути. Он много катается, видимо, чтобы поддерживать здоровье. Занятный дедок.

Табличка занимает много времени. Много раз стираю намеченное карандашом, пытаюсь придумать что-то интересное. Но всё сводится к формуле «проще — лучше». У водителя нет времени разбирать мои ребусы. Решаю сделать по-старому. Табличка выходит яркой. Заключительный штрих — адрес блога. Может, поможет завести знакомства, пока гуляю по городу.

К вечеру возвращается Альфред. Когда я говорю, что пора выезжать из города, чтобы разбить лагерь, он приглашает к себе на ночлег. Предупреждает: живёт очень бедно, места почти нет.

Тогда я ещё не понимаю, что значит «нет места».

По пути к нему пытаюсь купить курицу — бедно же живёт, ну. Но он останавливает: «Ты гость, об этом не может быть речи».

Его квартира оказывается почти на самой крыше старого здания в центре. Отеля, как выясняется позже. Отель закрылся, потому что коммуникации сделали неправильно, и они не поддаются ремонту. Воды в доме почти нет. Альфред живёт в одном из бывших номеров.

Казалось бы, многие живут в общежитиях, и места хватает. Но тут я понимаю, в чём дело. Альфред — коллекционер. Старьёвщик. Я бы даже сказал, барахольщик. Три телевизора, каждый занимает по квадрату, но работает лишь один. И многое другое.

Удивительное сочетание неустроенности быта и внутренних качеств.

Понимая, что мне не хватает только душа — я сам говорил об этом в парке, — он куда-то уходит и приносит воду. Вот так подарок!

Сначала думаю, ему нужна помощь, что он действительно бедствует. Но со временем убеждаюсь: это не так. Быт выглядит непривычно, но в его «складах» достаточно самой разной еды и вещей. Наушники он использует древние, потрёпанные, а в углу висят новые Sony. Нет, просто таков его взгляд на жизнь.

На ужин Альфред готовит курицу с рисом.

Встаёт вопрос с местом. Даже на полу лишь узкая дорожка без хлама. Заверяю: мне этого хватит, ничего страшного. Но Альфред указывает на местных обитателей.

Присмотревшись, слегка ужасаюсь.

В его закромах не только старое барахло, но и обилие тараканов. Из старого отеля их выселить сложнее, чем жильцов. Да и вопрос: кто здесь гость? Каждую кроху еды, что падает на пол — Альфред ест не очень опрятно, — они тут же подхватывают и уносят под кровать.

На этом история не заканчивается. Мне предлагают лечь валетом на одноместной кровати.

Сколько внутренних метаний я тогда пережил… На улице уже стемнело, ночная прогулка «за город» могла кончиться плохо. Нужно как-то пережить ночь здесь.

Соглашаюсь.

Тогда Альфред говорит: «Ты гость, поэтому этой ночью ты здесь король. И подушка твоя». Она всего одна.

Всё это не может не смущать. В голове звенят звоночки ещё с момента, когда он пригласил к себе. А что, если маньяк? Когда он уходит на кухню, замечаю под кроватью несколько видеокассет с не самым обнадёживающим содержанием. О, нет, там не женщины.

Страшно. Оценив риски, беру свой спальник и располагаюсь прямо в нём на кровати. Хотя мне предлагали и одеяло. Ну уж нет! Я, конечно, тот ещё экспериментатор, но не настолько. Такого опыта у меня ещё точно не было. Что может случиться в худшем случае?

Заснул лишь спустя пару часов, когда Альфред выключил радио и вырубился.