День 46. Неожиданная опора

Выхожу за пределы Ушуайи. Что капает с неба, можно догадаться и без упоминания.

Автостоп не клеится. Стою несколько часов. Слишком много туристов. Кого-то из них даже узнаю — видел в городе или в кемпинге.

Когда дождь собирается намочить меня как следует, останавливается машина. В ней четыре пассажира, но мне находят место.

Так знакомлюсь с Мартином, Мануэлой, Флоренсией и забавным щенком по имени Маура. Чьё место, судя по всему, я и отобрал.

К моей радости, эти молодые ребята — местные! Они живут в Ушуайе и поехали в Тольуин просто пообедать. Сто километров в одну сторону, небольшая прогулка.

Почему это радует? Потому что всегда интереснее поговорить с жителем необычного места, а не с гостем. Мануэла прекрасно говорит по-английски, так что обсуждаем всё, что хотим.

Узнаю о пожарах, что недавно прогремели на всю страну. Их тушить «экономически невыгодно». Знакомо?

И о канадских бобрах. Их завезли много лет назад — хотели добывать и продавать мех. Мех популярность не обрёл, а вот бобрам места полюбились. Здешние холода им нипочём. К чему привело? Расплодились так, что уничтожают целые леса и заболачивают реки. Правительство назначало награду за охоту — не помогло.

Похожая история с кроликами. Завезли откуда-то в национальный парк — решили, что немного разнообразить фауну не помешает. Итог? Расплодились — пришлось истреблять.

Казалось бы, такая суровая земля с таким непростым климатом. А животные чувствуют себя прекрасно.

В остальном ребята показались мне очень похожими на сибиряков. Им нравится их город, их природа. Но порой очень тяжело сохранять огонёк внутри для движения к целям. Климат заставляет оставаться дома и заниматься его обустройством, а не смотреть вовне. Не остаётся сил.

Решаю присоединиться к ним в поисках еды. С самого утра побаливает голова. Предполагаю: с непривычки без завтрака, обеда и ужина. Целую неделю я практически жил как дома. Хотя нет, дома я так регулярно тоже не питаюсь.

Находим кафе. Цены кусаются, но голова важнее. 

Сэндвич с картошкой оказывается превосходным. Более чем оправдывает цену в 350 рублей.

Прощаемся с ребятами. Иду на YPF — перевести дух.

Там встречаю бразильца Кристиано на его «Жуке». Мы очень похоже мыслим. Может, потому и путешествуем в одиночку. Вот и пути постоянно пересекаются.

От него узнаю: в Рио-Гранде жуткий ветер. Паром в Чили не работает. Так будет ещё несколько дней — ветер больше шестидесяти-семидесяти километров в час.

Сначала приуныл. Застряну на острове?

Но потом представил, сколько интересного может произойти. И пошёл на трассу. С Кристиано договорились увидеться на пароме. Сегодня он уже никуда не едет.

Меня почти сразу подбирает Мирен. Она едет из своего загородного домика в Тольуине в Рио-Гранде. Сразу обеспокоилась: в такой ветер палатку не поставить. Позвонила куда-то — узнать про жильё для «мочилеристов».

Mochila — рюкзак. Я до сих пор смеюсь, когда говорю про мою грандэ мочилу. Люблю испанский. Душевный язык.

Весело проводим время в дороге. Узнаю: она очень любит велосипед. Мечтает однажды доехать до Ушуайи. Тогда я даже не понял, в чём сложность. Каких-то 200 километров. Самое трудное — покинуть Рио-Гранде в ветер, дождаться штиля.

Оказывается, Мирен 57 лет!

Я даже не поверил. Тут всё как в Сибири — активные люди очень хорошо хранятся. Сразу вспомнил свою тётю. Всю жизнь работала судьёй, а к пенсии начала как следует путешествовать и даже лазить по горам. Маме и пенсия не потребовалась.

Меня высаживают на знакомой заправке. Но без мотосемьи поставить палатку здесь невозможно. Обнаруживаю: ветром сломало часть крыши.

Непростые места.

Иду вдоль дороги. Большая часть дня позади. Изрядно утомился, но светит солнце. Наконец-то нет дождя!

Как я скучал по теплу… но его здесь нет. Ветер бьёт порывами около двадцати метров в секунду.

Поглядываю на здания вдоль трассы. Может, спросить разрешения и поставить палатку у забора? Ну нет. Когда я ещё такой ветер «пощупаю»! Он не несёт песок или мусор — идти довольно безопасно. Просто сложно.

Какое-то время продираюсь сквозь ветер по объездной. Он бьёт со стороны трассы — меня то и дело сносит в канаву. Решаю не ловить машину. Достаточно на сегодня крутых знакомств. Если кто остановится — так тому и быть.

Где-то внутри словно уверен: меня вот-вот кто-нибудь подберёт. Настолько сильный ветер, настолько тяжело идти. Со стороны, вероятно, моя борьба выглядит очень героически.

Осталось дождаться.

Так и случается. Останавливается Алехандра. Не смогла проехать мимо. Рассказывает: её сын точно так же автостопом объехал большую часть Аргентины. Она хорошо понимает, почему и зачем всё это.

Ценю подобное.

Она отвозит меня за пределы города. Там я смогу легко — ну, или не очень — поймать машину в сторону Чили. До парома ещё 250 километров. Он пока не работает.

Но не сидеть же на месте? Вдруг приеду — и он заработает?

Снова трасса. Встречаю двух местных автостопщиков. Желаю удачи. Они явно не настроены на ходьбу. Да и глупо это, на самом деле. Какой смысл идти и тратить силы на борьбу с ветром, если машина проделает этот же путь за минуты?

Для них. Для меня смысл есть.

Я запоминаю эти моменты «ногами». Более ветреное место, чем это, — только Новая Зеландия. Местный ветер, считай, достопримечательность. Пусть и на любителя.

Иду вдоль трассы. Уже буквально опираюсь на этот поток.

Ко всему привыкаешь.

Так продолжается, пока мимо не проносится фура. Я чуть не падаю. Вот тогда и ощутил, насколько сильно нащупал опору у ветра.

Прохожу озеро. Рядом сидят десятки птиц. Все словно смотрят на меня. Одна взлетает — и её сбивает ветром.

Вспоминаю повесть «Чайка по имени Джонатан Ливингстон». Порой чувствую себя той чайкой.

Очередная машина тормозит позади. Микроавтобус. Присматриваюсь — там уже сидят оба автостопщика.

Хосе подобрал всех, кто был на трассе. Ехал недалеко, но помог чем смог. Парни, как выясняется, из Мар-дель-Платы. Город недалеко от Буэнос-Айреса.

Километров за 50 до границы прощаемся с Хосе. Расходимся.

Я укрываюсь под трассой, чтобы поставить палатку. Готовлю макароны с томатной пастой — выходит очень вкусно.

Надеюсь, палатку не сломает ветром. Порой он дотягивается и сюда, огибая трассу. Доброй ночи!